Стоимость денег

В теории денег чуть ли не самой сложной есть проблема их стоимости.
В истории мировой экономической мысли не одна попытка выдающихся мыслителей даты научное объяснение природы денег разбивалась в самый раз об эту проблему. В частности, не смогла даты убедительного объяснения стоимости денег «государственная теория денег», представители которой сводят природу денег к «продукту правопорядка», к «хартального платежного средства», стоимость которого устанавливается государством независимо от их внутренней субстанциональной стоимости.

Апогея в своем развитии эта теория достигла в начале XX ст. (в работах Г. Кнаппа, Ф. Бендиксена, К. Ельстера и др.), когда неполноценные деньги приобрели значительное распространение, тем не менее не потеряли прямой или опосредствованной связи с золотом, поскольку еще не состоялась демонетизация золотая. В этих специфических условиях вмешательства государства в денежную сферу было очевидным, а стоимость денег оставалась относительно стабильной, что и предоставляло правдоподобию концепции государственно созидательного происхождения стоимости денег. После демонетизации золота, когда инфляционное обесценение неполноценных денег приобрело угрожающий характер и не подвергалось прямому государственному регулированию, стала очевидной ошибочность этой концепции.

Подобной метаморфозы испытала и марксистская теория денег, которая абсолютизировала их товарную природу («деньги по своей природе — это всегда золото и серебро» — писал К. Маркс), а стоимость денег объясняла из позиций трудовой теории стоимости, т.е. определяла субстанциональной стоимостью того товара, который функционировал как деньги. Тем не менее после демонетизации золота, когда были перекрытые все каналы влияния стоимости золота на товарные цены, стала очевидной безосновательность концепции трудового происхождения стоимости денег. Представители марксистской теории так и не смогли преодолеть разногласия между их теорией трудовой стоимости и нематериальной формой денег, которая возникла в реальной действительности после демонетизации золота. Это привело к важному послаблению позиций марксистской экономической теории вообще.

Современная мировая экономическая мысль различает два аспекта в вопросе о стоимости денег: стоимость денег как денег и стоимость денег как капитала.

Деньги как капитал приобретают свою стоимость на денежном рынке под влиянием спроса и предложения, и выступает она в форме процента. Механизм формирования стоимости денег как носителя капитала будет рассмотрено в разделе 3.
Стоимость денег как денег формируется непосредственно в сфере их обращения, где деньги обмениваются на реальные блага, а стоимость их приобретает форму покупательной способности. Тем не менее механизм формирования этой стоимости денег существенным образом различается при функционировании полноценных и неполноценных денег.

Как показано в разделе 1.2, меновая стоимость полноценных денег, с которой они принимают участие в обращении, под влиянием целого ряда объективных факторов приобретает относительную самостоятельность и определенное время может отвергаться от реальной их стоимости. При этом меновая стоимость есть более инертной сравнительно с реальной. Поэтому цены на товарных рынках и покупательная способность таких денег определенное время оставались неизменными после изменения стоимости золота как товара, которое мало положительное влияние на развитие рыночных отношений.
Вместе с тем меновая стоимость золотых денег, которые находились в обращении, не могла полностью оторваться от реальной стоимости золота как товара. Этому мешало действие закона стоимости в сфере производства и обмена золота. Если меновая стоимость (покупательная способность) монеты снижалась сравнительно с реальной, то уменьшалась рентабельность производства золота, предприятия с худшими условиями добычи закрывались, и реальная стоимость золота снижалась к уровню меновой.

Если же реальная стоимость полноценных денег уменьшалась сравнительно с меновой, то в конечном итоге подрывалось доверие к таким денег и их эмитенту, наступал разлад денежного обращения и системы цен. Государство вынужденное было или перечеканить монету, чтобы повысить ее реальную стоимость к меновой, или вообще отказаться от золотомонетного обращения.

Возможность раздвоения стоимости полноценных денег издавна была подмечена людьми и широко использовалась в собственных интересах теми, кто чеканил монеты. На этой возможности базировалось обычная подделка монет, их обрезание частными лицами, известное еще со старинных времен. Тем не менее и государства нередко использовали такую возможность для ухудшения качества денег с целью улучшения положения своей казны или в интересах определенных социальных групп. В самый раз ради этого все государства из первых шагов своего существования добивались полной монополизации чеканки монет.

Как же формируется стоимость неполноценных денег, которые не имеют внутренней субстанциональной стоимости? Ее формирование и функционирования происходит под влиянием тех самых факторов, которые в условиях золотомонетного стандарта вызывали отклонение нарицательной стоимости золотых денег от реальной. В меру замещения в обращении золота его знаками этот разрыв усиливался и даже разменные на золото деньги все больше выступали в их номинальной, а не реальной стоимости. С прекращением размена банкнот на золото деньги остались в обращении только в своей нарицательной стоимости. В сущности, она стала иррациональной величиной, которая определяется не воплощенной в денежном товаре общественной работой, а той средой, в котором деньги функционируют .

Масса дензнаков, которая вступает в сферу обмена в каждом следующем цикле воспроизведения, - величина не случайная. Она обусловлена прежде всего совокупной меновой стоимостью товаров, которые реализованы в предыдущем цикле и вышли в сферу потребления. Дензнаки, оставаясь в обращении, продолжают представлять эту совокупную товарную стоимость, будучи ее отражением. Это оказывается в том, что каждый владелец денег, вступая с ними в очередной цикл обмена, рассматривает их как конкретную реальную стоимость и готов платить за нужный товар не любую их сумму, а лишь ту, которая обеспечит ему присвоение эквивалентной стоимости.